Невероятное путешествие, или Тайна розовой коробки, в которой скрыто крымское сокровище

Крым, Коктебель, август 1993 года. Фото из архива Андрея Шаврея
Крым, Коктебель, август 1993 года. Фото из архива Андрея Шаврея

Михаил Булгаков писал, что «рукописи не горят». Надо сказать, что, по счастью, не горят и фотопленки. Я считал, что плёнки с моим путешествием в солнечный Крым в августе 1993 года, с которых я почему-то так и не отпечатал фотографии, безвозвратно утеряны. И вдруг, разбирая ночью архив, наткнулся на розовую коробку с фотоплёнками, в которой обнаружил истинное сокровище — 86 кадров с легендарным полуостровом, на который сегодня попасть весьма проблематично…

Разумеется, в этом есть нечто из «дежавю». И лишний повод напомнить: берегите свои архивы, оцифровывайте. Будет что вспомнить.

Три фотопленки отнёс в фотомагазин, где мне их оцифровали за сутки. И я вновь отправился в то невероятное путешествие, на сей раз в виртуальное, «по волнам нашей памяти».

Тогда из Риги ходил поезд на Симферополь, столицу автономного Крыма. Двое суток на поезде через белорусское Полесье, затем по бескрайней Украине. Сразу же въехав в Джанкой, что на границе Крыма, пейзаж за окном изменился кардинально. Действительно благословенный край, о природе которой можно писать романы. Ночёвка в Симферополе, а далее — на три недели в заповедный Коктебель, в котором вода в море, как тёплое молоко. И который славен своими литературными традициями.

Здесь много лет жил выдающийся поэт Максимилиан Волошин и его профиль колдовским образом повторяется на горе Карадаг вдали. Изумительный вид с горы напротив, где похоронен поэт. И палящее солнце, которое сыграло со мной злую шутку: за какой-то час восхождения и спуска мои руки обгорели до мяса. Было больно, мазали облепиховым вареньем. Шрамы остались на полгода. А ещё я попал в музей Волошина на берегу моря (вход туда был ограничен из-за ветхости здания). Слушая экскурсовода, я опёрся о конторку. Оказалось, это конторка Алексея Толстого…  

На улице встретил известного русского писателя Василия Белова, который мне дал свой адрес в Вологде и сказал с хитрой улыбкой: «Пишите!.. Пишите письма!». А ещё тут жила совершенно уникальная женщина Мария Николаевна Изергина, пианистка, певица (меццо-сопрано), исполнительница романсов. Она почти всю жизнь прожила в Коктебеле, исключая несколько лет сталинской ссылки в Алма-Ату. И видела всех — Волошина, Марину и Анастасию Цветаевых, Бориса Пастернака, Евгения Евтушенко, Фазиля Искандера, Беллу Ахмадулину… Я к ней зашёл в гости, съели арбуз. Марие Николаевне в ту пору было уже 89 лет. А через пару месяцев с ней случился инсульт, после которого она прожила ещё пять лет.  

Сейчас в Коктебеле наверняка многое изменилось. Сейчас там строения нуворишей и российских телезвезд. И дом Изергиной тоже, говорят, снесли. Но сохранился пирс, на котором танцевала в фильме «Моя морячка» Людмила Гурченко (эта замечательная кинолента снималась именно в Коктебеле).

А ещё никогда не забуду путешествие в Ялту на теплоходе «Иван Кожухарь». Потрясающие виды побережья — Гурзуф, «Артек», гора Аю-даг, Ласточкино гнездо… В Ялте был в музее Антона Чехова, гулял по набережной, где познакомились герои «Дамы с собачкой»…

Хорошо, что я всё же успел с мамой съездить в этот воистину волшебный край. Быть может, когда-нибудь удастся вернуться туда ещё раз. А пока что — целый пласт воспоминаний благодаря этим уникальным фотопленкам из розовой коробки. Берегите свои архивы 😉 

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Нас можно найти также:
Facebook
YouTube
Instagram
Telegram
Vk
Ok
Подписаться
Уведомление о
guest
0 Комментарий
Inline Feedbacks
View all comments