Как британский звукорежиссёр Джеймс Боттерилл записывает живую музыку в Даугавпилсе

Джеймс Боттерилл в Даугавпилсе. Фото: Павел Хныкин
Джеймс Боттерилл в Даугавпилсе. Он приехал из Великобритании в октябре 2009 года. Он записывает, как играют тяжёлые рокеры и поют многоголосные народные коллективы, сводит треки, пишет музыку и говорит, что в Даугавпилсе ему нравится. Фото: Павел Хныкин

Его зовут Джеймс. Джеймс Боттерилл. Он родился в Портсмуте в 1959-м году, что по мнению нашего героя, делает его довольно старым. По мнению молодых артистов, с которыми он работает, 63-летний Джеймс — на одной с ними волне. 

«Наш Джеймси» — ласково называют его местные музыканты. Также он известен как «Тед», как бывший британский моряк, инженер-механик и специалист по мотоциклам, но больше всего — как владелец почти секретной звукозаписывающей студии в сердце Даугавпилса… 

Читай нас в Telegram

В неприметном извне помещении небольшого офисного здания звукорежиссёр записывает, как играют тяжёлые рокеры и поют многоголосные народные коллективы, сводит треки, пишет музыку, а иногда пускает в «подвал» на репетицию приезжающих с концертом звёзд латвийской эстрады. 

«Чайке» удалось посетить широко известную в узких кругах студию Джеймса. Мы сделали это для проекта «Уникальная Латгалия» в рамках программы Media Content Diversification Campaign при поддержке Балтийского центра развития СМИ (Baltic Centre for Media Excellence). Посмотреть получившийся фильм можно здесь:

«Когда мне было 16, я поступил на флот. В 1999-м году я покинул службу на корабле, чтобы вплотную заниматься своей музыкальной карьерой и мотоциклами, которыми я сильно увлекался… Потом в Лондоне я встретил девушку Елену. Я тогда ещё не знал, что она из Латвии. Мы стали приезжать сюда на выходные и буквально на третий раз я принял решение, что хочу купить хутор в деревне и переехать сюда навсегда. Перед тем, как покинуть Англию в октябре 2009-го, мы поженились», — рассказывает Джеймс. 

Чтобы интегрироваться в местную музыкальную среду, Джеймс арендовал помещения и привёз из Англии огромный контейнер оборудования. 

Музыканту не очень нравится, как устроен латвийский шоу-бизнес, в котором, в отличие от британской системы, нет единой народной системы чартов. Телевизионную эстраду он считает слишком «пластиковой» и предпочитает работать с независимыми музыкантами. При этом Джеймс гордится, когда его, как профессионала, зовут обслуживать живой звук на больших музыкальных премиях и городских мероприятиях: «До пандемии я был очень активно вовлечён в живые концерты, записи и музыкальный продакшн». 

На вопрос, жалел ли он когда-нибудь, что судьба завела его в Даугавпилс, Джеймс отвечает отрицательно. «Разве что, в первый месяц, когда мы сюда переехали. Помню тот день — 18 ноября 2009 года… Меньше, чем через месяц, пришла самая суровая зима за долгое время, с морозами в минус 35. Для англичанина это довольно сильно! Я был расстроен, не мог никуда двигаться, пока не закончится холод… Мой приёмный сын дал мне машину в ужасном состоянии, она не заводилась при температуре ниже минус десяти… Мы просто застряли тогда. В общем, когда ты приезжаешь сюда, сначала это довольно интересный опыт». 

За 12 лет, что британец живёт в Даугавпилсе, он, как и хотел изначально, не переставал куда-то двигаться: купил хутор, продал хутор, переселился в квартиру в центре, нашёл помещения для студии, встретил близких по духу музыкантов, заработал профессиональную репутацию и создал уникальное живое культурное пространство. 

«Знаете, если бы я хотел, у меня было полно возможностей вернуться домой. Но я остаюсь в Даугавпилсе. Мне здесь нравится», — говорит Джеймс. 

Если нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Нас можно найти также:
Facebook
YouTube
Instagram
Telegram

Подписаться
Уведомление о
guest
0 Комментарий
Inline Feedbacks
View all comments