«Наши враги сделали из нас людей, которым уже ничего не страшно». Украинцы о том, как изменил их этот год

На фото: бабушка и внучка обнимают друг друга во время встречи на железнодорожном вокзале в Херсоне 19 ноября 2022 года. В этот день около 200 человек прибыли в Херсон на поезде впервые с 24 февраля. Изображение: EPA-EFE/All Over Press

Год назад Россия, начав вооружённое вторжение на территорию независимой Украины, изменила жизнь миллионов людей, сделала их другими.

«У каждого украинца есть своя «дыра», своё горе, которое мы часто молчаливо носим в себе», — ответила нам одна из собеседниц на вопрос — как этот год войны изменил вашу жизнь.

Этот вопрос мы задали 13 гражданам Украины. Почитайте. 

Виктория, 54 года:

«Главное, что я поняла за этот год, это то, что в прошлом у меня всё происходило не просто так. И, как у Брэдбери, за взмахом крыльев бабочки может измениться целая эпоха в нашей жизни. 

У меня ещё больше обострилось чувство справедливости, что нужно бороться за свои права, за свободу и независимость. 

Хоть и можно потерять всё материальное, но со мной навсегда останутся мои знания и умения, способность развиваться и учиться новому. Я рада, что у меня есть возможность иметь рядом тех, кто даёт чувство защищённости и комфорта».

Таня, 33 года:                                              

«За год войны изменилось много чего, и физически, и морально, и эмоционально. Например, чувства какой-то лёгкости и беззаботности я не ощущала уже год. Да, жизнь продолжается: я нашла новую работу, которую очень люблю, пытаюсь учиться новым скилам и планировать будущее, но былой уверенности в этом будущем нет. 

Эмоции, которые ты проживаешь за день, от потока новостей и известий о смертях защитников и гражданских, не проходят бесследно. У каждого украинца есть своя «дыра», своё горе, которое мы часто молчаливо носим в себе.

Я уже год не видела родителей и часть семьи. 24 февраля 2022 года они проснулись уже под оккупацией. Были месяцы, когда не было мобильной связи, а были только новости про обстрелы там, а ты не можешь позвонить. Сейчас тоже нет возможности услышать голос и знать, что у них всё хорошо. 

Единственное, что даёт силы и надежду — вера в наших парней и девушек, которые защищают Украину».

Алина, 28 лет:

«Я никого не удивлю, если скажу, что эта война перевернула мою жизнь и заставила повзрослеть. Повзрослеть, это не только «постареть от ужаса», а по-настоящему повзрослеть — научиться принимать решения, нести ответственность, полагаться только на себя. 

Мои родители в оккупации в Херсонской области, во время войны мы развелись с мужем, работа, которая только-только в феврале 2022 стала именно такой, как я хотела, и начала приносить доход, ушла вслед за российским кораблём.

Но это не грустная история. Я думаю, что важную роль здесь сыграла моя теперешняя профессия и опыт двух лет личной терапии. Сейчас я вижу кризис, который нужно пережить, из которого нужно находить выход каждый день, потому что кризис — это всегда про рост.

Эта страшная война заставила меня понять, что «завтра» может не быть, поэтому большинство «мне это страшно» отпали, так как нет ничего страшнее войны, которая случилась с нами и продолжает случаться каждый день.

В 2022 году я осуществила свою мечту — начала частную психотерапевтическую практику. В одной мечте сразу закрыла две: работать на себя и заниматься делом, которое очень люблю. Решилась ли бы я на это, если бы не война? Наверное да, но кто знает, сколько бы ещё лет я боролась с вымышленными ветряными мельницами. 

Наши враги принесли нам кучу горя и зла, но кроме этого они создали людей, которым уже ничего не страшно. Они пытаются нас сломить, но мы закаляемся, как сталь!». 

Соня, 25 лет: 

«Война кардинально поменяла моё «Я». Я впервые ощутила чувство ненависти, которое до сих пор меня не покидает. Война забрала хорошего человека из нашей семьи и уже не вернёт. 

Смотря из окна своей квартиры, я всё так же вижу могилы соседей в поле. Хотя фактически могил уже нет, но я не могу их развидеть. А ведь раньше я здесь любовалась закатом. 

Пришло понимание, как сильно я люблю свою страну, своих людей. Научилась жить в моменте и делать всё прямо сейчас, потому что завтра может не быть».

Анастасия, 25 лет:

«Год назад я и моя семья не знали, куда бежать, а потом мы не знали, вернёмся ли когда-нибудь домой. Сейчас реальность обрела очень странные очертания. 

Мы будто занимаемся привычными делами: работаем, но в перерывах между воздушными тревогами и ракетными обстрелами ходим в кафе (и да, коммерция в Киеве работает в войну порой дольше, чем в Европе), и даже делаем ремонт, чтобы отвлечься от всеобщего горя. 

И в это же время просто радуемся, что на улицах снова горят фонари, потому что всю осень и зиму мы жили в темноте.

Обратная сторона этого — некоторые наши близкие на войне, ни одну семью не обошло это стороной, некоторые уехали и возможно навсегда. Конечно, я просто благодарна, что мы живы и здоровы, что имеем возможность жить именно дома. Но каждая новость, каждый теракт, каждый обстрел, каждая трагедия проходит через тебя».

Наталья, 48 лет:

«Я стала больше дорожить временем, проведённым с близкими, легче отпускать людей, с которыми не по пути. Радоваться привычным вещам (свет, связь, вода…), спокойнее относиться к изменениям планов (не попасть на тренировку из-за обстрелов, перенос консультации из-за отсутствия связи у клиента…), быстрее принимать решения.

Осознала, что жизнь — это сейчас, а не потом, и именно поэтому нашла возможности для обучений и походов в бассейн.

Год в расставании с мужем показал, что проблемы, которые казались проблемами, вообще не являются таковыми, а настоящая ценность, что мы есть друг у друга.

Я перестала находить оправдания, а начала действовать: водить автомобиль, сотрудничать с новыми партнёрами, расширяя свою профессиональную сферу».

Иван, 32 года:

«Война всё перевернула. Поломала все планы, все глобальные цели на год и на три года вперёд. Также, отдалила меня от любимой. 

Я переосмыслил многие вещи, отношение к близким, друзьям и знакомым. Многие материальные ценности стали не важны, бессмысленны. Минимум вещей и тревожный рюкзак, а также большой запас непортящейся еды и напитков — вот и всё, что надо. 

Сильно поменялись приоритеты, распорядок дня. Пропало желание веселиться, отмечать что-либо.

Война украла моё ближайшее будущее». 

Валерия, 25 лет:

«Жизнь разделилась на «до» и «после». Но вот, что я поняла: что я сильнее, чем я думала, и если могу держаться, то буду поддерживать и других, что общий враг объединяет, что каждый теракт, каждый убитый Россией украинец оставляет рану на сердце. Да, мы изувечены этой войной, и это самое страшное, что случалось в моей жизни. После этого со мной навсегда: ненависть к людям, которые поддерживают геноцид моего народа и гордость за нашу волю. 

Мой родной город уничтожают каждый день. Я боюсь больше не увидеть своих родных и друзей, которые решили остаться в разных уголках Украины, я боюсь не иметь возможности вернуться домой. Меня переполняют страх, злость, горечь и ненависть.

Мне пришлось переехать в другую страну.

Здесь сложно адаптироваться, видя стеклянные глаза людей, которые никогда не поймут тебя (да и ты не хочешь, чтобы они тебя понимали, потому что никто не заслужил пережить такое). Но я переполнена благодарностью за помощь гражданам Украины. Меня вдохновляют позитивные люди и это помогает держаться. 

Самое главное, не упускать веру и не переставать надеяться. Как писала Леся Украинка «Contra spem spero!» (надеюсь вопреки надежде) — это стало девизом по жизни после 24 февраля 2022 года». 

Евгений Голобородько, 26 лет:

«За этот год многое случилось, но мне кажется, что моя жизнь остановилась вечером 23 февраля, а всё происходившее и происходящее до сих пор — ужас, который мне и моим соотечественникам каждый день приходится переживать.

Главное — из-за оккупации я потерял дом и мой родной Луганский край. Теперь вообще неизвестно, смогу ли я вернуться к малой родине, переступлю ли ещё порог родительского дома, увижу ли я мать и отца, которые до сих пор находятся под оккупацией…

К сожалению, я потерял не только родной Луганский край, но и погибших друзей, которые защищали территориальную целостность Украины. 

Наряду с этим, этот год показал, что в моей жизни есть и те, кого я больше не могу считать друзьями. Речь идет о тех, кто встал на сторону врага, сотрудничая с оккупационным режимом.

Итак, за этот год я многое потерял… Но вместе с этим, здесь, в Латвии, я встретил новых друзей, напомнивших нам ощущения семейного уюта, которого сейчас так не хватает.

Итак, я надеюсь, что война всё-таки закончится и я, наконец-то, смогу проснуться».

Ксения, 25 лет:

«Стало страшно увидеть ночью свет фар от машины, так как это напоминает мне свет от взрыва ракеты, который я видела. Стала бояться всех громких звуков, а про звук самолёта или вертолёта я вообще молчу. 

Но сейчас я очень рада, что я живу именно в Украине, уезжать никуда не хочу точно, потому что в Украине в обычной жизни я не пересекаюсь с россиянами. 

И также, изменилось то, что я больше не строю долгосрочные планы. Если выживу, то уже хорошо. А те мечты, которые были до войны, я буду воплощать прямо сейчас, так как жизнь короткая».

Александра, 30 лет:

«Очень изменилась не только жизнь, но и я сама. Стала более прагматичной, ироничной и почти совсем пропала амплитуда эмоций. Вроде как грустить не привыкла, но и радости не чувствую. Весь восторг от страны, в которую мечтала попасть, осыпается при мысли, что человек, с которым хотела бы этим поделиться, заперт в стране, где идёт война. 

Жизнь замерла утром год назад и превратилась в зал ожидания. И самое страшное, что нет исходных данных, чтобы хоть как-то спланировать будущее».

Мириам, 29 лет:

«В первые часы казалось, что мы потеряли всё. Жизни больше нет, не будет, ну или по крайней мере не будет больше такой, как раньше. Она действительно кардинально изменилась. Последние дни февраля и всю весну казалось, что время замерло, что это одна длинная эпоха, которая и не думает заканчиваться. Я собирала себя, как по кусочкам, примерно до мая. А потом, вроде бы, всё понеслось.

Я потеряла любимую работу с отличным коллективом, но это мне дало очень мощный толчок в дальнейшем росте. До августа я была не в Украине, а потом вернулась. Только в Киеве я поняла, что у меня много сил, поэтому могу ими делиться, работая с разными благотворительными фондами. А всё, что начало происходить с 10 октября, как будто снова растоптало, как тогда, 24 февраля (мощнейший ракетный обстрел Киева и других городов Украины). А потом снова оживило. Появилось множество новых челленджей — найти связь, свет, возможность зарядить все гаджеты, научиться контролировать своё состояние при массивных обстрелах, ну и успевать много работать.

Наверное, война закалила. Страх всё равно время от времени приходит, но им уже можно управлять. Этот год научил ценить каждый миг. Да, плакать я стала чаще и сильнее, но и смеяться больше и как-то по-настоящему. И так можно сказать обо всём, просто чувства обнажились, хочется больше правды и искренности, и теперь всё должно быть здесь и сейчас. Это, думаю, все украинцы почувствовали».

Екатерина, 36 лет:

«Как изменила война мою жизнь? Смотря с какой стороны посмотреть, в быту – добавилась ещё одна статья расходов «на амуницию» — форма, бронежилет, обучение тактической медицине. В домашнем распорядке – запасы продуктов и бытовой химии всё такие же, поскольку у нас в доме существовало такое выражение «на случай войны» (запасы на год вперёд). 

С моральной стороны – я до сих пор не могу поверить, что в 21 веке в центре Европы могут страдать миллионы людей из-за больного воображения одной ОСОБИ (человеком назвать сложно). 

Война показала, с кем «можно идти в разведку», а кого лучше опасаться. С очень многими близкими людьми перестали общаться, поскольку так называемый «Батальон Монако» существует, и это — обратная сторона медали (не очень позитивно характеризующая нас как нацию), но свела с чужими людьми, которые стали родными за очень короткий промежуток времени.  

Война показала, что нужно ценить жизнь – это самое ценное, что у нас есть. В голове не укладывается — как народ, который называет нас «братским», может радоваться убийствам мирных граждан и как в средневековье на оккупированных территориях воровать всё, что можно унести.

Мы — миролюбивая нация, мы хотим быть в своей стране и жить у себя дома, не в Евросоюзе, не в России, а у себя дома — работать, строить планы на будущее, воспитывать детей. Мы делаем всё возможное для победы, верим в это и благодарим людей, которые помогают нам её приближать».

Жизнь каждого украинца кардинально изменилась и обрела новые смыслы. За год борьбы с врагом, который в разы больше и сильнее их, эти люди показали, что в трудное время нужно быть едиными и сильными духом, готовыми жертвовать материальным ради будущего, готовыми рисковать. 

Украинский народ чётко знает, за что он ведёт борьбу, почему он не сдаётся — этот народ на своей земле и они отстаивают не только своё будущее, но и будущее всех поколений, будущее каждого европейца в том числе. Ведь всем известно: «То что нас не убивает, мутирует и пробует снова». 

Нас можно найти также: