6 июля в концертном зале «Дзинтари» в Юрмале состоялся уже десятый, юбилейный концерт оперной музыки в рамках проекта «Элина Гаранча и друзья».
Одна из ведущих мировых звёзд, меццо-сопрано Элина Гаранча вместе с супругом, дирижёром Карелом Марком Шишоном и фестивальным симфоническим оркестром выступили с сопрано Херой Хесан Пак (Южная Корея) и лирическим тенором испанского происхождения Анхелем Ромеро (США).
Без преувеличения — это праздник!
А всё начиналось чуть более десяти лет назад, когда Элина, уже тогда в статусе ведущей меццо-сопрано мира, выступила с гениальным Дмитрием Хворостовским. Увы, в ноябре 2017 года её великий коллега ушёл из жизни.
Но с тех пор десять лет, с перерывом на пандемию, наша Элина собирает полные залы в легендарном зале курорта, приезжая с молодыми коллегами по сцене.
И без преувеличения — это праздник, когда можно оторваться от неприятных новостей с его войнами и прочими бедами. И не выезжая из Латвии почувствовать себя на зарубежном курорте — благо погоды сейчас стоят великолепные. И милый дождь в начале концерта, совпавший с мощными аплодисментами, оказался в абсолютной гармонии с происходящим.
И бравурное начало — оркестр выдал венгерский марш из оратории Гектора Берлиоза «Осуждение Фауста», тот самый фрагмент, который знает наверняка каждый из нас — благодаря незабываемому Луи де Фюнесу, дирижировавшему этот симфонический шлягер в фильме «Большая прогулка».
А потом вышла Она, богиня пения — в роскошном зелёном платье, Элина пела арию из оперы Шарля Гуно «Царица Савская» — перед нами была действительно Царица!
Затем последовала гостья — молодая и весьма задорная (периодически похохатывала) сопрано Хера Хесан Пак, исполнившая вальс-ариетту Джульетты «Я хочу жить» из оперы Гуно «Ромео и Джульетта».
Наверняка у певицы большое светлое будущее — чувствуется, что вокальный опыт у неё пока что не столь большой, как у Элины. Равно как большое будущее (впрочем, у него уже и настоящее вполне достойное, пел в нью-йоркской «Метрополитен-опера») у Анхеля Ромеро, который чисто внешне похож (фактурой!) на великого Лучано Паваротти. И голос у Анхеля вполне ангелический, настоящий лирический тенор, исполнивший каватину Ромео из всё той же «Ромео и Джульетта».
После чего грянула оркестровая «Вакханалия» из оперы «Самсон и Далила» Камиля Сен-Санса, половодье чувств и буйство темперамента от уроженца Гибралтара Карела Марка Шишона — перед нами выдающийся дирижёр, не случайно отмеченный орденом королевы Елизаветы II за заслуги в области музыки и культуры.
И кульминация всего концерта — сольное исполнение Элиной Гаранчей арии Чио-Чио-Сан (Un bel dì, vedremo) из оперы Джакомо Пуччини «Мадам Баттерфляй». Жемчужина мирового оперного репертуара, которую на публике наша певица исполнила сейчас впервые, и это большой поступок — хотя бы потому, что это партия сопрановая, а Гаранча — меццо-сопрано.
Для тех, кто не посвящён в тонкости вокального искусства, разницы никакой, для знатока — большая. Дело в том, что репертуар меццо-сопрано достаточно узок и, как говорит сама певица, для «брючных ролей». Чтобы продолжить свою и так уже успешную и достаточно долгую оперную карьеру, Элина расширяет репертуар за счёт сопрановых ролей — и это ей удаётся.
После этой кульминации последовала опять весёлая и как бы беззаботная гостья из Южной Кореи, которая, похохатывая, спела вальс Мюзетты (Quando me’n vo) из оперы Джакомо Пуччини «Богема». И можно лишь догадаться, насколько сложно даётся певице эта внешняя лёгкость!
Завершающим аккордом первого акта стал дуэт Поллиона и Адальджизы из оперы Винченцо Беллини «Норма» в исполнении Анхеля Ромерои Элины Гаранчи — аплодисменты, антракт, шампанское!
Блиц-интервью со звездой
Вторая часть началась с выхода на сцену председателя Союза театральных деятелей Латвии Ояра Рубениса и самой Элины. И прямо на сцене Ояр, опытный интервьюер, взял блиц-интервью со звездой. И выяснилось много любопытного. Например, что у госпожи Гаранчи напряжённый график.
«Дать три концерта за одну неделю — это физически тяжело, такая нагрузка сказывается на самочувствии, — сказала певица. — Приходится учитывать множество факторов, в том числе огромные энергозатраты и специфику общения с латвийской публикой. Впрочем, к такому ритму работы мы уже привыкли. С чего мы начинаем? Нужно определиться с подходом. Мы тщательно подбираем репертуар, чтобы не исполнять одни и те же произведения подряд; мы стараемся разнообразить программу, чтобы она звучала свежо. И, конечно, важен контакт с аудиторией: понимание того, кто пришёл в зал и ощущение атмосферы конкретного концерта. Я смотрю в зал и обращаюсь непосредственно к слушателям».
По словам певицы, приехавшие с ней коллеги — настоящие мастера своего дела, они участвовали в очень значимых постановках. Основная деятельность Элины проходит на сценах крупных театров и она уделяет особое внимание Австрии, поскольку там действует программа, в рамках которой молодые исполнители (победители местных конкурсов) выступают с ней на одной сцене. А впоследствии охотно занимается преподаванием: консультирует и даёт профессиональные советы.
Работа с молодёжью также означает постепенный переход певицы к преподавательской деятельности (не забудем, что её мама, Анита Гаранча, в Латвии была известна в качестве выдающегося педагога). В дальнейшем преподавательскую программу Элина планирует продолжить и на родине.
«Конечно, мне также нужно думать о том, что я буду делать, когда сама уже не смогу петь. Нужно будет чем-то заняться. Кто-то может сказать, что преподавание — это наследственность, но я искренне люблю этот процесс, он меня увлекает. Я шучу, что я — певица с большим опытом. И этот опыт нужно передавать другим певцам, ведь в моей жизни были моменты, особенно в самом начале, когда возникало столько вопросов, а ответить на них было некому. Ну, мама, конечно, была рядом, но хотелось чего-то большего».
Партия Амнерис как покорение Эвереста
Недавно Элина в «Метрополитен-опера» исполнила партию Амнерис в «Аиде» Джузеппе Верди — для неё это стало чем-то сродни покорению Эвереста. Зимой она пела эту партию и в Латвийской национальной опере.
Элина рассказала, что это была роль её мечты ещё в 17 или 18 лет.
«Ещё в студенческие годы я слушала две оперы или, точнее, изучала две конкретные партии, которые по-настоящему покорили моё сердце. Одной из них была Амнерис: чтобы понять этот характер и освоить все те сложные, тонкие нюансы, прописанные композитором, нужно глубоко вникнуть в техническую сторону вокала. И, конечно, финальная сцена — мне кажется, что для меццо-сопрано не было написано ничего более величественного, чем четвёртый акт “Аиды”», — говорит певица.
«И всё же я всегда чувствовала, что мне не хватает необходимых вокальных красок и уверенности для этой партии, — продолжает она. — К тому же, нужно думать о долголетии карьеры. Я понимала: если возьмусь за эту роль, то, возможно, не смогу удивить или восхитить публику или даже поставить перед собой новую творческую задачу — так, как мне хотелось бы. Так уж сложились обстоятельства».
По словам Элины, изначально премьера планировалась на более ранний срок, но потом случился ковид, постановку отменили (в Вене, кстати), так что она состоялась лишь два года спустя.
«Я была невероятно рада вернуться в Латвию, ведь когда премьера проходила здесь, я помню, как во время каждого спектакля задавалась вопросом: доведётся ли мне когда-нибудь снова оказаться в этих декорациях? Они выглядели чудесно — поистине великолепно. Зная, как много это значило для всех участников… Это была постановка, принёсшая огромное удовлетворение — и эмоциональное, и творческое. Станет ли следующей ролью Леди Макбет? Что ж, когда-нибудь мне придётся за неё взяться, нужно дорасти до этой партии. Такую роль нельзя просто взять и исполнить насильно».
«Главное — это дисциплина»
А на вопрос, что нужно, чтобы латвийская артистка более четверти века оставалась на вершине звёздного Олимпа и чтобы о ней говорил весь мир, певица сказала, что на самом деле никакого особого секрета здесь нет.
«Да и какой тут может быть секрет? Думаю, всё дело в невероятной последовательности и постоянстве. Я всегда говорю молодым певцам: нужно видеть конечную цель — то, что находится далеко за пределами сиюминутного, нужно думать о карьере, рассчитанной на долгие годы, а не просто о мимолётной славе. Я всегда с опаской относилась к некоторым партиям, поэтому подходила к их исполнению очень взвешенно. Я не жалела времени на тщательную подготовку — как самой роли, так и вокальной техники. Бывали периоды стремительного взлёта, за которыми следовали резкие спады. У меня семья, две дочери, поэтому приходилось перестраиваться. И, конечно, возникали и другие обстоятельства. В конечном счёте главное — это дисциплина. В каком-то смысле мы — спортсмены, вокальные атлеты, атлеты голоса. Будь то футболист или легкоатлет — все говорят о дисциплине. Думаю, для нас это тоже ключевое качество».
И вот об этом Гаранча, возможно, напишет мемуары. Хотя шутит, что все политики пишут книги, она их даже читать уже не может!
«Я начала писать книгу. На самом деле, она уже вышла в Германии и Австрии на немецком языке. Я не хочу переводить её на латышский, потому что в какой-то момент я напишу свою собственную книгу на латышском, но время ещё не пришло», — говорит певица.
И о нарядах: да, Элина признаётся, что действительно любит наряжаться и что нарядов у неё накопилось много, можно начинать создавать музей.
А что касается подаренных цветов, то певица признаётся в любви к лилиям.
«Спасибо за подаренные лилии — невероятно красивые цветы, величественные! И пахнут они потрясающе. Все обычно бегут от этого сильного аромата, а я могла бы спать в комнате, полной лилий. Лилии, лилии и ещё раз лилии!»
Бурные аплодисменты — и выход южно-корейской певицы, которая опять похохотала и исполнила сложнейшую каватину Розины (Una voce poco fa) из оперы Джоаккино Россини «Севильский цирюльник»!
Затем вновь Анхель исполнил арию итальянского тенора Di rigori Armato il Seno из оперы Рихарда Штрауса «Кавалер розы». И Элина, исполнившая «Песнь розы» из оперы Карла Целлера «Продавец птиц». И, наконец, цветочная тема была продолжена легендарным цветочным дуэтом из оперы Лео Делиба «Лакме» (Хера Хесан Пак и Элина Гаранча). По-моему, лучше только у Элины с Анной Нетребко, которые пели некогда в унисон «Баркароллу» из «Сказок Гофмана» Жака Оффенбаха.
Далее последовало вполне карнавальное настроение — в результате исполнения оркестром увертюры к «Лёгкой кавалерии» Франца фон Зуппе. И все втроём — попурри из популярных мелодий оперетт, «Вокруг света». И на троих — бисы: неаполитанская O Sole mio и две песни из репертуара Фрэнка Синатры — «Нью-Йорк, Нью-Йорк» и «Мой путь». И как жирная точка концерта, голос Элины: My way! Это её блистательный путь!
Юрмала, концертный зал «Дзинтари», 6 июля 2026 года. Фото: Сергей Барановский
