У Алёны онкология. Говорить об этом она не хочет: «Забыть об этом хочу». После химиотерапии болезнь вошла в ремиссию. В Латвию из Украины Алёна приехала уже со второй группой инвалидности, однако здесь её срок закончился — пришлось проходить обследования и оформлять латвийскую группу.
Они — Алёна, Антон и сын Кирилл, — счастливая семья. На их долю выпало слишком много забот, горестей и испытаний. «Мы ещё со школы вместе. Мне было 14, когда начали дружить. И вот — до сих пор», — говорит Алёна. Антон, улыбаясь, кивает.
Я тем временем смотрю в интернете исследования о парах, столкнувшихся с онкологией и другими тяжёлыми диагнозами: когда серьёзно болеет жена, примерно в 20% случаев отношения заканчиваются разводом или расставанием.
Ей очень повезло с мужем. Ровно настолько, насколько ему с женой. Они ещё и богатая семья. Нет, речь не о деньгах. Есть вещи, которые стоят гораздо дороже. Им лет всего-ничего, а они двадцать лет вместе.
Эта простая человеческая история о том, как с онкологией и второй группой инвалидности можно вдруг стать спортивным инструктором в другой стране. Потом (снова неожиданно) начать снимать ролики на YouTube. Рассказ о том, почему мужчина в расцвете сил и украинским паспортом не воюет, а легально выехал с Родины.
Это история о человеческих возможностях, которые ограничены только намерениями. В данном случае — намерением жить счастливо свою новую жизнь. История, как постоянно выходить из зоны комфорта, пробовать новое, радоваться мелочам, никогда не унывать и не опускать руки.
«Планировали максимум на год…»
В Латвии они с 2022 года. «6 июня приехали. Планировали максимум на год — оставаться не собирались. Думали: станет поспокойнее, вернёмся домой».
Латвию выбрали по рекомендациям Google: «Просто спросили, где нам будет комфортнее». Алёне — 33, Антон на два года старше. Сын Кирилл — 10 лет. Вот и всё семейство.
«День пробыли в Риге, направили в Екабпилс. Покупаем билеты, а в кассе говорят — до Крустпилса. Откуда нам было знать, что это фактически одно и то же», — рассказывает Алёна, смеясь.
Приехали. В полицейском участке сообщили: мест в городе нет. Посадили в полицейскую машину и повезли в посёлок. Там устроились на работу — на поля, собирать клубнику. Платили 50 центов за килограмм. «К вечеру у всех ноги болят, спина отваливается, но работать надо».
Закончился сезон клубники — закончилась и работа. «Где искать? Как искать? Но язык до Киева доведёт». Перебрались в Екабпилс, сняли квартиру. Говорят, рады, что не остались в Риге и попали именно сюда: «Столица — совсем не наше. Мы сами из Украинска — небольшого шахтёрского города на восемь тысяч человек».
В этой квартире семья живёт и по сей день. Нашли её через пункт помощи украинцам. Хозяйка сразу предупредила: жильё может не понравиться – печное отопление, ремонт не идеальный, другие беженцы отказывались. Мы сидим на кухне втроём, пьём кофе, торт едим. Я, Алёна, Антон (сегодня один из редких выходных дней у него). Сын в школе.
«Квартира нас устроила. Платим аренды 100 евро в месяц плюс коммунальные. А к печному отоплению мы привыкшие. Правда, дровами непривычно – дома ведь углём отапливались. Мужу на шахте бесплатно выдавали шесть тонн в год», — Алёна продолжает рассказ.
В соседней комнате попугаи фоном щебечут, за окном слышен колокольный звон – напротив располагается Православный мужской монастырь.
Делать, а не рассуждать
У Антона два высших образования. Горный техник-технолог, инженер по охране труда. На родине отвечал за безопасность на шахте.
Здесь — пилорама. Никогда раньше с таким не сталкивался. Пришлось начинать с нуля. С самых азов, с самых низов. Начало получаться. «С латышским языком пока только не очень. Предлагают курсы на работе. А когда? У меня смены по столько часов».
Получается у него, потому что человек усмирил гордыню. Не рассуждает в духе «не по Сеньке шапка» и «не для вас моя ягодка росла». Не боится любой работы, даже неквалифицированной. Не боится начинать заново. Быстро адаптируется к обстоятельствам. Делает — а не рассуждает, попутно с практикой изучает теорию, обогащается знаниями по предмету.
«Часто спрашивают, почему не воюешь?», — интересуюсь. «Спрашивали на работе. Я пояснил». Антон выехал из Украины абсолютно легально. По закону, если у одного из супругов инвалидность первой или второй группы и он покидает страну, второй имеет право выехать как сопровождающий. Так они и собрали чемоданы — Алёна, Антон и сын Кирилл.
«Дом своими руками» на YouTube
Пока их город не оккупировали, даже не думали что-то покупать в Латвии — планировали вернуться домой. Считали, будто муж на заработках. Потом всё изменилось.
«Денег больших у нас не было, да и с моими проблемами со здоровьем всё на покупку недвижимости потратить не могли. Присмотрели дом в районе. Что привлекло? 105 квадратных метров площади, 19 соток земли, проведённые коммуникации. Но цена для нас была неподъёмная — 10 тысяч евро. В один день я просто написала продавцу: “За пять купим”. Он ответил: “За пять с половиной продам”».
Так они стали собственниками дома. Жить в нём пока нельзя, а ремонтировать можно – делать дом их мечты.
Канал на YouTube получился случайно. Когда купили дом, Алёна снимала на телефон убранство нового жилища. Снимала просто для себя: интересно же потом посмотреть, как всё начиналось и во что в итоге превратилось.
На телефоне закончилась память, и, чтобы где-то хранить видео, она наспех создала канал. Исключительно для личного архива.
Неожиданно ролик на YouTube про дом набрал, по её меркам, огромное количество просмотров. Так появился публичный канал про их жизнь. Несмотря на то, что тематика видео со временем стала очень разной, название осталось первоначальным — «Алёна. Дом своими руками».
В своих влогах они не сволочат и не давят на жалость. Не обвиняют всех во всех бедах. Не считают, что вокруг им все должны. Не тыкают своим статусом. Не рассказывают о том, как другим жить, но просто пытаются жить свою новую жизнь. С обычными ежедневными трудностями, проблемами, сложностями, радостями и достижениями. Они открыты, готовы выслушать совет, прислушаться и услышать.
Давно наблюдал за ними. Всё откладывал да откладывал, взял и написал, мол, хочу сделать про вас текст. «Мы не против. Приятно с вами познакомиться». Обычные люди всегда интересней, даже если ехать до них двести километров.
По словам Алёны, как-то очень быстро YouTube предложил монетизацию. «Я же никогда этим не занималась, ничего в этом не понимаю — этот канал мой дебют. В Украине никогда бы не решилась снимать, застеснялась бы».
Алёна не комплексует говорить о доходах с YouTube — они скромные. «Недавно подала первую декларацию в налоговую». Появился даже первый рекламодатель: предложил поставить пластиковое окно в доме в обмен на рекламу.
Умение радоваться мелочам, небольшим победам, ставить цели и идти к ним — ценные качества. «Если соберу 5 000 подписчиков, уже можно будет сотрудничать с Depo, я узнавала. Смотрят меня, кстати, преимущественно (79%) латвийцы».
Она старается внести свою финансовую лепту в семью: «Сто евро в месяц приносит YouTube, примерно столько же — фитнес-зал, где провожу индивидуальные тренировки. Плюс пособие, как инвалиду второй группы. Такие мои доходы. Хочу помочь мужу — он ведь работает за нас троих».
Будем честны – беженцев нигде не любят. Ни в одной стране. Такова человеческая природа. Это связано с психологией, социологией. И с экономикой, в конце концов. Предрассудки, стереотипы, страх конкуренции, масса всего. При этом Антон говорит, что пока не сталкивались с негативом в их адрес.
Неслучайные случайности
Со спортзалом у Алёны всё тоже получилось случайно. Хозяин местного фитнес-центра предоставлял два года украинцам бесплатные абонементы. «Пошла тренироваться. Это было для меня действительно выходом из зоны комфорта — раньше ведь никогда».
Потом появились результаты, потом девочки предложили проводить частные тренировки. «Понимание у меня есть — я медик по образованию и работала по специальности в Украине. Но чтобы учить других… даже представить не могла». Пришёл первый клиент.
Весь этот ряд случайностей — на самом деле закономерность. Это результат того, когда люди не опускают руки, не боятся нового, идут к своей цели и постоянно учатся. Алёна ещё и на права сдала. Хотя до этого никогда не водила машину. «Муж сказал: никакого автомата, учись на механику. Сдала с первого раза».
В Латвии многое поначалу казалось непривычным: «Практически у каждого второго — автомобиль, у нас такого не было. Летом — очень длинный световой день. Едешь по шоссе: поля, леса — и вдруг бац, отдельно стоящий дом и в нём живут люди».
Здесь они до сих пор не чувствуют себя как дома. Но Латвию не променяли бы ни на какую другую страну.
Они не боятся показаться глупыми в каких-то вещах и спокойно признаются, если чего-то не понимают в местных реалиях. В этом и есть человечность, искренность, открытость. Периодически они сдабривают речь словами: «скуплялись», «влаживали», «тормозок», «телепается». Словами своей Родины. Это звучит забавно и мило.
В одном из своих видео на YouTube Алёна рассказывает, где в доме их мечты — в том самом, где пока ещё нельзя жить, — будет стоять диван, где появится барная стойка, а где разместится кухня: «Здесь вечерами буду пить красное сухое, а там — готовить еду». Со стороны это может показаться наивными фантазиями или несбыточными мечтами. Но я верю, что задуманное обязательно станет реальностью. Они счастливая семья — Алёна, Антон и их сын Кирилл.
