В рамках Театрального фестиваля №5, в четверг, 4 июня, прошла публичная дискуссия «Кризис в театре и мире». Разговор модерировала театральный критик и журналист Хенриета Верхоустинска, которая задала направление беседы и выстроила её вокруг ключевых вопросов о природе кризиса и роли театра в современном мире.
Главным предметом обсуждения стали вопросы, как кризисы переживаются и отражаются в культуре, прежде всего в театре, и может ли сцена сегодня оставаться пространством диалога и осмысления реальности.
В обсуждении приняли участие куратор и театральный критик, руководитель художественной части Театра Дайлес Дарта Цериня, журналист портала Delfi Райвис Спалвенс, режиссёр и директор Латвийского театра кукол Мартиньш Эйхе и социальный антрополог, ассоциированный профессор Рижского университета имени Страдиня Клавс Седлениекс.
Кризис как состояние: разные мнения
Интересно, что состояние кризиса, как его попыталась определить Хенриета, ощущают не все участники беседы.
Дарта Цериня рассматривала кризис скорее как пространство постоянного обсуждения и соотнесения искусства с реальностью. Райвис Спалвенс акцентировал внимание на том, что кризис особенно ярко проявляется в социальных взаимодействиях — между обществом, институтами и политической сферой, а также усиливается в информационной среде и социальных сетях.
«Я не вижу никакого кризиса. Это, скорее, душевное состояние, в котором мы сами создаём себе ощущение кризиса», — отметил Мартиньш Эйхе, напомнив, что общество продолжает жить в условиях относительного благополучия, несмотря на близость войны в регионе. Клавс Седлениекс согласился с отношением к кризису Мартиньша Эйхе.
Театр между реальностью и ожиданиями зрителя
Одной из центральных тем стала проблема того, как театр выбирает постановки и формирует актуальность. В процессе обсуждения проявилась двоякая ситуация: с одной стороны, звучала позиция о необходимости приближения театра к реальности и включения в сценический язык острых социальных и политических тем. С другой — эксперты отмечали, что политику репертуара определяет не только Министерство культуры, но и выбор зрителей.
«Опыт театра Дайлес доказывает, что имея постановки на актуальные яркие темы, мы сталкиваемся с тем, что зрители не хотят это видеть. Сегодня культура является, скорее, формой эскапизма, чем борьбы или попыткой решать проблемы неравенства. Мы возвращаемся в прошлое, но мало говорим о том, что происходит здесь и сейчас», — подчеркнула Дарта Цериня.
Мартиньш Эйхе обратил внимание на то, что постановки, работающие с острыми темами, требуют больших ресурсов и несут дополнительную ответственность, из-за чего не всегда получают развитие.
К тому же, сформировалось поколение зрителей, которые посещали театр в период его кризиса, когда театр привлекал посетителей исключительно развлекательными постановками. В результате появляется разрыв между тем, что театр мог бы предложить как пространство критического разговора, и тем, что оказывается востребовано публикой.
Русский язык, молодёжь, идентичность
Отдельный блок дискуссии был посвящён взаимоотношению с «русскостью». Дарта Цериня рассказала о до сих пор существующем русском мировом влиянии на сферы культуры — кино, литературу, искусство в то время, как внимания культуре других стран уделено мало.
Мартиньш Эйхе, много лет работавший с молодёжью в Резекне, отметил проблему существования кризиса самоопределения среди части русскоязычных молодых жителей страны. «Они потребляют большое количество российской культуры, но, живя здесь, не имеют ясного понимания собственной идентичности», — сказал режиссёр.
Он подчеркнул, что это не может рассматриваться только как проблема, но требует внимательного отношения к процессам самоопределения и поиска модели сосуществования.
В качестве возможного ориентира он упомянул канадский опыт двуязычного общества: «Есть франкоязычная часть и англоязычная, и никто из них не считает себя англичанами или французами. Они канадцы, которые говорят на двух разных языках, но у них общая культура».
Клавс Седлениекс в этом контексте предостерёг от обобщений и коллективных ярлыков, указывая, что приписывание одинаковых характеристик целым группам приводит к усилению социальных разломов.
В целом дискуссия обозначила сложность темы: она не сводится к простым оценкам и требует тонкого понимания культурной и исторической многослойности.
Роль театра в условиях кризиса
Не осталась в стороне и экологическая повестка. Участники признали, что для крупных репертуарных театров внедрение принципов экотеатра остаётся непростой задачей, хотя многие из них уже начинают менять подходы к производству спектаклей и использованию ресурсов.
Подводя итоги, участники сошлись во мнении, что театр остаётся важным пространством для общественного разговора. Даже если он не способен напрямую изменить политическую ситуацию или решить социальные проблемы, он может создавать условия для осмысления происходящего и открытого диалога.
«Театр может формулировать критику, говорить о болезненных и важных темах, обсуждать их вместе со зрителем. Он был, есть и будет. Это — живое искусство», — отметил Мартиньш Эйхе.
