За закрытыми дверями: эксперты Госполиции о том, как Латгалия борется с домашним насилием

Домашнее насилие – проблема, которая всё ещё остаётся «невидимой» в латвийском обществе. О ней не принято говорить за праздничным столом, а синяки на руках соседки многие до сих пор зачастую списывают на «неудачное падение».

Однако статистика и реальные полицейские хроники показывают: насилие в семье – это не случайность и не «частное дело», а системная проблема, которая в Латгалии имеет свою специфику и глубину.

«Чайка» продолжает работу над проектом «Граница молчания: голоса Латгалии против насилия», и уже рассказывала о работе Центра MARTA и его филиала в Латгалии. На этот раз мы предлагаем вам взглянуть на проблему домашнего насилия с точки зрения полиции.

В этом нам помогут эксперты: начальник Бюро по управлению превенцией Госполиции Татьяна Цауне и главный инспектор группы превенции Бюро полиции порядка Латгальского регионального управления Госполиции Инесе Снарская.

Масштаб проблемы: что говорит статистика

Ситуация с семейными конфликтами в Латгалии остаётся стабильно напряжённой, хотя общие цифры по стране в последние годы показывают волнообразную динамику.

Согласно данным, предоставленным «Чайке» Госполицией, в 2023 году в Латвии было зарегистрировано 8 243 инцидента, классифицированных как «семейный конфликт»; 1 788 из них – в Латгалии.

В 2024 году произошёл резкий всплеск – количество вызовов по стране выросло до 10 184, при этом в Латгальском регионе число зафиксированных случаев составило 1 497.

В 2025 году общая статистика пошла на спад (7 838 случаев в Латвии, 1 416 в Латгалии), а за первый квартал 2026 года в Латвии уже зафиксировано 1 912 конфликтов, 338 из них – в Латгалии.

Полиция подчёркивает, что не каждый вызов связан именно с физическим насилием. Значительная часть обращений касается бытовых споров, раздела имущества или острых конфликтов по поводу порядка общения с детьми. Однако сам факт вызова полиции свидетельствует о том, что ситуация в семье вышла из-под контроля.

Лица за цифрами: портрет агрессора и жертвы

Анализ данных за 2025 год позволяет составить чёткий демографический профиль участников таких конфликтов. Это не всегда «маргинальные слои», как принято считать в обществе.

• Возрастной ценз: средний возраст агрессора в Латгалии и Латвии составляет 44 года, в то время как средний возраст жертвы – 48 лет.
• Гендерный дисбаланс: статистика неумолима – в 95% случаев защищаемым лицом (жертвой) является женщина.
• Фактор времени: насилие чаще всего происходит тогда, когда семья находится в полном составе и ничем не занята. 40% всех решений об отделении агрессора принимаются в выходные дни. Самое опасное время в будни – вечерние часы, с 18:00 до 22:00, когда фиксируется 33% инцидентов.
• Алкоголь: значительная часть семейных конфликтов происходит на почве опьянения, которое становится катализатором накопленной агрессии.

Латгальская специфика: бедность и молчание хуторов

Латгалия – регион с особым социально-экономическим климатом, что накладывает отпечаток на характер домашнего насилия. Ранее в разговоре с руководительницей филиала центра MARTA в Латгалии мы выяснили, что здесь чаще, чем в других регионах, фиксируются случаи экономического насилия. Это ситуация, когда один партнёр полностью контролирует финансы другого, лишая его возможности купить даже предметы первой необходимости, что делает жертву абсолютно зависимой. На эту тенденцию указывают и эксперты Госполиции.

Социально-экономические факторы – бедность, безработица и низкий уровень образования – порождают постоянную фрустрацию и чувство безнадежности, которые выливаются в агрессию внутри семьи.

Существует и заметная разница в том, как насилие проявляется в зависимости от места жительства:

• В городах (Даугавпилс, Резекне) насилие часто подпитывается стрессом от финансовой неустроенности и взаимным отчуждением. Однако в городе помощь доступнее – социальные службы и кризисные центры находятся «под рукой».
• В сельской местности, особенно на отдалённых хуторах, насилие становится по-настоящему «латентным». Жертвы боятся осуждения соседей, так как в маленьких посёлках «все всё знают». Физическая удалённость от центров помощи делает побег из опасной среды практически невозможным без посторонней помощи.

Почему жертвы выбирают молчание?

Полиция признаёт существование огромного пласта латентной (скрытой) преступности. Без детальных исследований невозможно точно сказать, сколько случаев насилия остаются за закрытыми дверями.

Основные причины, по которым пострадавшие не обращаются в полицию:

• Страх: агрессор запугивает жертву ещё большей расправой в случае жалобы.
• Экономическая зависимость: боязнь потерять крышу над головой или средства к существованию.
• Дети: страх, что вмешательство служб приведёт к изъятию детей из семьи.
• «Стокгольмский синдром»: иррациональная надежда на то, что партнёр изменится, или чувство стыда за «разрушение репутации семьи».
• Недоверие к системе: убеждённость в том, что полиция ничего не сделает или что ситуацию нужно решать «своими силами».

Печально, но факт: даже после вмешательства полиции многие жертвы возвращаются к агрессорам, несмотря на пережитую боль и применённые меры защиты.

Полицейский алгоритм: спасение без лишних слов

Сегодня действия полиции при вызове на семейный конфликт чётко регламентированы. Если на номер 112 поступает информация о домашнем насилии, диспетчер оценивает уровень угрозы и направляет ближайший патруль.

Главное новшество последних лет – право полиции на немедленную интервенцию. Если на месте инцидента сотрудник видит прямую угрозу жизни или здоровью, он имеет право принять решение об отделении агрессора на срок до 8 дней. Это означает, что совершеннолетний человек, представляющий угрозу, должен покинуть место проживания человека, находящегося под защитой полиции.

С февраля 2022 года для этого не требуется письменное заявление жертвы – полиция берёт ответственность на себя, если видит реальную опасность.

Статистика защитных мер в Латгалии:

• 2023 год: 177 решений об отделении агрессора.
• 2024 год: 125 решений.
• 2025 год: 80 решений.
• Первый квартал 2026 года: 23 решения.

Кроме того, суды Латгалии активно выдают решения о временной защите от насилия. В 2025 году в регионе было получено 150 таких постановлений. При этом в 2025 году в Латгалии было выявлено 193 нарушения запретов на приближение к жертве и начато 108 уголовных процессов.

Электронные браслеты: технологии на страже безопасности

Латгалия стала одним из регионов, где активно внедряется электронный надзор за агрессорами. Это мера контроля, которая позволяет в реальном времени отслеживать местоположение лица, представляющего угрозу.

Рассказывая об электронном мониторинге, представители полиции упоминают недавний случай из практики Северо-Латгальского участка Управления Государственной полиции Латгальского региона.

В мае 2026 года полиция возбудила уголовное дело против мужчины 1987 года рождения. Несмотря на судебный запрет, он пришёл к бывшей партнёрше и пытался вступить с ней в контакт. Полиция обратилась в суд, и мужчине был назначен электронный надзор («браслет») как мера пресечения. Подробно мы рассказывали об этом случае здесь.

Эти технологии значительно облегчают работу полиции, так как система автоматически подает сигнал тревоги, если агрессор нарушает «периметр безопасности».

Изменения в законодательстве (2023–2025 год)

В последние годы правовая база Латвии в отношении домашнего насилия сильно изменилась. Государство перешло от профилактических бесед к реальным срокам и жёстким ограничениям.

Ключевые изменения:

• 15 июля 2023 года: угрозы убийством и преследование стали классифицироваться как «менее тяжкие преступления» (ранее – «уголовные проступки»), что позволило значительно увеличить санкции за эти деяния.
• 1 января 2024 года: полиция получила право запрещать вывоз ребёнка из страны, если есть риск, что он может стать жертвой насилия за границей.
• 4 июля 2024 года: вступили в силу поправки к Уголовному закону, согласно которым за насилие больше нельзя назначить общественные работы или штраф. Только лишение свободы или надзор.
• 10 декабря 2024 года: введена административная ответственность за сексуальные домогательства (штраф до 700 евро), что позволяет наказывать за действия, не подпадающие под уголовные статьи.
• 1 апреля 2025 года: упростились процессы подачи заявлений на временную защиту в суде – бланки и процедуры стали более понятными для пострадавших.

Экосистема помощи: полиция – только первое звено

Борьба с насилием не заканчивается в момент отъезда патрульной машины. Полиция обязана составить отчёт и не позднее следующего рабочего дня направить его в социальную службу, которая начинает индивидуальную работу с семьёй.

В Латгалии выстроена действенная сеть сотрудничества:

• Филиал центра MARTA в Резекне: полицейские Латгалии тесно сотрудничают с филиалом, обмениваются опытом и используют подготовленные центром материалы для работы с жертвами. Специалисты центра проводят тренинги для полиции, обучая сотрудников распознавать скрытые признаки травмы.
• Сиротские суды: если насилие произошло в присутствии детей, информация об этом немедленно поступает в сиротский суд. В Даугавпилсе полиция и сиротский суд проводят регулярные совместные рейды по семьям из группы риска.
• Центр ресурсов для подростков: в Даугавпилсе и Резекне полиция сотрудничает с этим центром для решения проблем буллинга и насилия среди молодёжи.

Подготовка кадров: психология важнее силы

Современный полицейский – это не просто человек в форме, это специалист, умеющий работать с травмой. Сотрудники проходят обучение по программам «Действия полиции в случаях домашнего насилия» и «Защита прав детей». В 2025 году проходила масштабная конференция, посвящённая работе в условиях высокого риска насилия и оценке этих рисков.

В школах региона работают «Послы безопасности» (Drošības vēstneši), которые проводят занятия для детей, объясняя, что такое насилие и куда можно обратиться за помощью, если беда случилась дома.

Культура небезразличия

Представители Госполиции Татьяна Цауне и Инесе Снарская подчёркивают: никакие электронные браслеты и суровые законы не помогут, если общество будет продолжать игнорировать проблему.

«Мы видим, что люди начинают узнавать насилие и сообщать о нём, но части общества ещё предстоит пройти долгий путь смены взглядов», – говорят они.

По их мнению, роль СМИ в этом процессе огромна. Когда в прессе говорят о конкретных случаях наказания агрессоров, это повышает бдительность окружающих.

Люди начинают понимать: сообщение о криках в соседней квартире – это не «стукачество», а, возможно, единственный шанс спасти чью-то жизнь.

Нас можно найти также: