Нацменьшинства из разных стран Европы пытаются бороться за свои права через Европарламент

Фото со страницы European Parliament на фейсбуке
Фото со страницы European Parliament на фейсбуке

7 мая в Европе завершится сбор подписей за гражданскую инициативу в защиту национальных меньшинств. Главная цель — прямое финансирование национальных меньшинств из фондов ЕС и сохранение этнического разнообразия Европы. Инициаторы — секеи (секлеры) Трансильвании (венгерское меньшинство в Румынии) — собрали больше 1,4 миллиона подписей в 10 странах Евросоюза, в том числе и в Латвии, и готовы предоставить их для проверки и обсуждения в Еврокомиссии и на слушаниях в Европарламенте. Как случилось, что инициатива, собравшая такое количество подписей, оказалась под угрозой, выясняли наши коллеги из издания Новая газета Балтия.

Подписи собрали, но они будут оспорены в Европейском суде

Сбор подписей начался в 2019 году. По решению Брюсселя его сначала продлили до февраля 2021 из-за пандемии, а затем до 7 мая 2021 года. В финале кампании Европу раздирают противоречия: Парламентская ассамблея Совета Европы констатировала, что нацменьшинства притесняются в большинстве стран, и приняла резолюцию об их сохранении, а Румыния в то же время обратилась в Суд ЕС с требованием отменить сбор подписей за европейские национальные регионы. Иск рассматривали 29 апреля. Таким образом, инициатива, собравшая около 1,5 миллионов подписей, оказалась под угрозой, ещё не дойдя до процедуры проверки.

Отметим, что это уже вторая попытка европейских нацменьшинств более конкретно заявить о своих правах и добиться законодательных изменений. В январе 2021 года Еврокомиссия не внесла поправок в законодательство, которые следовали из поддержанной инициативы проекта «Minority SafePack», так называемого «Спасательного пакета национальных меньшинств». Помимо программ финансирования для малых языковых общин, создания Центра языкового разнообразия, инициатива, к примеру, ставила вопрос и об уравнении в правах неграждан и граждан Евросоюза (по инициативе латвийских представителей). За и против инициативы также велась судебная тяжба. И несмотря на то, что проект вошел в шорт-лист премии «Innovation in Politics» в 2020 году в категории «Права человека», по сути все усилия ничем не закончились. Никакого финансирования или новых чётких законодательных норм.

Меньшинства — угроза безопасности

Эксперты отмечают, что вопрос национальных меньшинств довольно новый для Европы. Совсем недавно чужих определяли в большей степени по религиозным мотивам, а сейчас меньшинствами считают даже местные, коренные национальности.

Интересное наблюдение балтийских правозащитников. В 1989 году Литва была первой страной в Центральной и Восточной Европе, которая приняла закон «О национальных меньшинствах». За соблюдением прав и сохранением национальной идентичности каждой этнической группы следил департамент миграции. Однако, после вступления Литвы в ЕС ситуация изменилась: в 2010 году прежний закон утратил силу, а новый так и не приняли.

При этом ситуация с правами нацменьшинств ухудшилась. Появилось напряжение в отношениях с самой многочисленной национальной группой Литвы — польской (более 6% населения). В частности, речь идёт о принудительном изменении написания польских фамилий. В 2008 году Вильнюсский административный суд постановил убрать по всей стране названия улиц на польском и русском языках. Когда в 2014 году директор администрации Шальчининкайского района (80% жителей — поляки) Болеслав Дашкевич отказался снимать двуязычные указатели с частных домов против воли собственников жилья, он получил штраф в 12,5 тыс. евро.

Литва, как и все другие европейские государства, ориентируется в защите прав национальных меньшинств на два документа. Ключевой — документ Копенгагенского совещания конференции по человеческому измерению СБСЕ/ОБСЕ 1990 года. В нём прописаны обязательства государств гарантировать национальным меньшинствам полное равенство с другими гражданами. Например, право свободно выражать, сохранять и развивать свою культуру, не подвергаясь каким-либо попыткам ассимиляции вопреки своей воли, а значит право свободно пользоваться своим родным языком в личной и общественной жизни, право «создавать и поддерживать свои собственные образовательные, культурные и религиозные учреждения, которые могут искать добровольную финансовую и другую помощь, а также государственную поддержку в соответствии с национальным законодательством». Документ обязывает стран-участниц «защищать этническую, культурную, языковую и религиозную самобытность национальных меньшинств на своей территории и создавать условия для поощрения этой самобытности».

Второй документ — Рамочная конвенция о защите национальных меньшинств, действующая с 1998 года. Это общие положения о гарантиях прав для нацменьшинств, обязательства бороться с дискриминацией, сохранять и развивать культуру и самобытность, гарантировать свободы в отношении доступа к СМИ, языков меньшинств и образования. Документ до сих пор критикуют, так как в нем нет даже определения «национального меньшинства», поэтому он породил множество оговорок, разночтений и допущений вроде формулировок «насколько это возможно».

Рамочную конвенцию о национальных меньшинствах до сих пор не подписали или не ратифицировали 8 государств: Монако, Андорра, Турция, Бельгия, Греция, Исландия, Люксембург и Франция. Во Франции, к примеру, вовсе не признают существования этнических групп. В Конституции Пятой республики существует только французский народ, состоящий из французских граждан «без различия происхождения, расы или религии». И новость о том, что в апреле 2021 Франция приняла исторический закон о региональных языках, обсуждалась во всем мире. Ведь отныне усилиями бретонских депутатов в школах Франции появится возможность двуязычного образования, при этом региональный язык займет ведущее положение по отношению к французскому. Новый закон также открывает возможности для французов, говорящих на корсиканском, окситанском, эльзасском, каталонском и баскском языках. И всё же это — исключение из правил.

Эльвира Ковач из комитета ПАСЕ по вопросам равенства и недискриминации (Сербия, «Европейская народная партия») в марте 2021 года дала жесткую оценку ситуации с меньшинствами в Европе в целом. Она заявила, что «меньшинства изображаются как потенциально или по определению нелояльные государству, в котором они живут. Иногда даже как иностранные агенты, которые представляют угрозу безопасности. Это приводит к тому, что государства отказывают представителям нацменьшинств в некоторых правах. Например, в свободе создания ассоциаций и в праве изучать свой язык. Это, в свою очередь, подпитывает призывы к большей автономии, а иногда и к отделению». Это общая европейская тенденция.

При этом, по словам Ковач, «конвенции Совета Европы в области прав меньшинств, инструменты «мягкого права» Парламентской ассамблеи хоть и являются обязательными в теории, не исполняются на практике». Таким образом, в ПАСЕ признали основные европейские документы о меньшинствах неработающими. По мнению эксперта, всё дело в том, что «невозможно разработать универсальные решения для эффективной защиты прав лиц, принадлежащих к национальным меньшинствам». Отсюда рост напряженности и конфликтов. «Во всей Европе растёт экстремистский националистический дискурс, популизм, преступления на почве ненависти», — заключила Ковач и ещё раз подчеркнула, что нормальным можно считать ту ситуацию, когда национальные меньшинства могут реализовывать свои права и имеют возможность активно участвовать и влиять на решения, которые их затрагивают.

И гордый внук славян, и финн, и древний фриз, и даже македонец…

Гражданскую инициативу выдвинули секеи Трансильвании, венгерское нацменьшинство на территории Румынии. Борьбу за автономию в составе этой страны они ведут с 1990-х годов. В 2009 власти Секлерского края даже провозгласили автономию, утвердили гимн, флаг, герб и административную карту, а следом придали венгерскому языку официальный статус на региональном уровне, однако центральные органы власти Румынии все эти решения не признали, несмотря на то, что в Брюсселе уже 10 лет открыто представительство Секлерского края при Европарламенте. В 2020 и вовсе случился казус: нижняя палата румынского парламента начала процедуру предоставления автономии краю, но Сенат отклонил законопроект, ссылаясь на Конституцию, в которой сказано, что «Румыния является национальным, суверенным и независимым государством, унитарным и неделимым».

«Самым важным правом меньшинства, которое необходимо защищать, является само право быть меньшинством, — пояснили представители секеев «Новой газете – Балтия». — Быть меньшинством — это, с одной стороны, идентичность, а с другой — индивидуальная судьба: детский сад, школа, работа, выбор партнера, привычки потребления — для меньшинства все они имеют иное значение, нежели для человека, принадлежащего к большинству. Часто венгерское меньшинство в Трансильвании и венгерское большинство на родине не понимают друг друга, хоть и говорят на одном языке и принадлежат к одной нации. Во многих случаях секлеры быстрее найдут общий язык с балтийским русским, польским цыганом, чем с венгром из Будапешта».

Упрямство нацменьшинств и бескомпромиссность Румынии в отношении их требований отозвалось в сердцах маленьких, но гордых народов всей Европы. Оказалось, что проблемы румынских венгров такие же, как и у поляков в Литве, как у русских в Латвии, как у немцев в Дании и у датчан в Германии, как у македонцев и турок в Болгарии, как у древних фризов в Нидерландах, и даже саамам и турнедальцам Швеции они хорошо знакомы.

Секеи призывают ЕС перейти от слов к делу. Прежде всего, предоставить национальным меньшинствам прямой доступ к фондам ЕС и право самостоятельно распоряжаться выделяемыми средствами, определять проблемы и задачи в регионе их проживания, защищать себя и обеспечивать свое развитие.

В интервью «Новой газете — Балтия» директор кампании Signiteurope, гражданской инициативы за национальные регионы доктор Ласло Пешти (Pesty László) обратил внимание, что хочет максимально упростить доступ нацменьшинств к финансовой поддержке для развития: «Мы ждём перемен, мы хотим, чтобы ЕС перестало рассматривать проблемы меньшинств как бремя, как источник конфликтов, мы выступаем с конструктивным предложением для совместного решения проблемы». Пешти сожалеет, что в Европе до сих пор нет закона, который бы регулировал отношения меньшинств с большинством, и заявляет, что распределение средств для малых народов центральными правительствами неэффективно. Организаторы считают необходимым проводить в ЕС ежедневный мониторинг ситуации, фиксировать злоупотребления и нарушения прав нацменьшинств и создать на основе этих данных информационную систему и обеспечить защиту. «Мы можем научить толерантности, независимо от того, насколько сложен этот предмет», —заявил «Новой газете – Балтия» доктор Ласло Пешти.

Граждане Балтии поддержали инициативу секеев и обеспечили подписи. Так, Русское общество в Латвии перспективы прямого финансирования нацменьшинств связывает с «развитием инфраструктуры, школ и местной экономики, что позволит снизить темпы эмиграции». При этом в обществе обращают внимание на другую исчезающую этническую группу Латвии – латгальцев: «Если Латгалия получит поддержку от Европейского Союза, то в выигрыше может оказаться не только этот регион, но и вся наша страна в целом».

Уловка большинства

Сегодня ни одна европейская страна не является этнически полностью однородной, и накопившееся напряжение, по мнению сербского депутата и докладчика ПАСЕ Эльвиры Ковач, «близко к критической точке». Она детально изучила конфликтные ситуации с нацменьшинствами в Украине, Латвии и Уэльсе. Выводы относительно языковой реформы довольно осторожны, что ещё раз демонстрирует, насколько сегодня в действительности сложно дать определения в больном национальном вопросе. Так, Ковач предлагает искать баланс между интересами меньшинства и большинства: «Крайне важно, но зачастую трудно найти баланс между законными усилиями по поощрению государственного языка с одной стороны и необходимостью защиты языковых прав лиц, принадлежащих к меньшинствам, с другой стороны».

Выводы Венецианской комиссии чётко демонстрируют этот дисбаланс в Украине и Латвии. Прежде всего, это выражается в несоответствиях. Например, завышенные ожидания от школьников, требования высокого уровня знания государственного языка, не соответствуют возможностям: в стране не хватает квалифицированных учителей и пособий. «Как минимум, меньшинствам должно быть предоставлено достаточно времени адаптироваться к изменениям, повышающим роль государственного языка», — считает Эльвира Ковач и констатирует, что учащиеся русских школ в Латвии уже имеют более низкий уровень владения госязыком, что лишает их определённых возможностей в образовании и делает их менее конкурентоспособными на рынке труда.

Особое внимание эксперты Венецианской комиссии обратили на то, что новые правила дошкольного образования в Латвии (в группах детей 5-7 лет латышский язык должен быть основным языком общения) «не позволят детям из нацменьшинств сохранять и развивать родной язык». Ситуация в Латвии осложняется тем, что для 36% населения страны родным языком является русский, не входящий в список ЕС. При этом первый иностранный язык, который будет преподаваться в школе, должен быть языком ЕС, другие могут присутствовать в программе лишь в качестве второго иностранного языка. По мнению европейских экспертов, это «может привести к тому, что значительная часть населения Латвии будет чувствовать себя стигматизированной и недооцененной». При этом власти Латвии считают, что никаких перегибов и нарушений прав нацменьшинств нет, речь идёт лишь об укреплении позиций титульной нации и о государственных интересах.

По большому счёту, государства законодательно сегодня готовы защищать большинство, создавая документы о языке или размножая контролирующие органы, но остаются глухи к призывам ПАСЕ интегрировать меньшинства, а не ассимилировать их. Вопросы меньшинства остаются за пределами законодательного регулирования. Эльвира Ковач определила позицию Совета Европы: «Цель состоит не в том, чтобы ассимилировать всех в однородную массу, но обеспечить инклюзивность и недискриминацию для всех людей во всех областях повседневной жизни. Другими словами, определяющим элементом интегрированного общества является не одинаковость его граждан, а их общее чувство принадлежности. Это лучшая гарантия мира, стабильности и демократической безопасности, в которых нуждается каждый, независимо от того, принадлежит ли он к меньшинству или к большинству».

Однако пока в Европе нет закона о меньшинствах, каждое государство будет решать острые национальные вопросы по-своему, исходя из своего исторического опыта и политического ландшафта.

Автор текста: Юлия Воробьева

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Нас можно найти также:
Facebook
YouTube
Instagram
Telegram
Vk
Ok
Подписаться
Уведомление о
guest
0 Комментарий
Inline Feedbacks
View all comments