Как и почему один американец помогает Украине, и причём здесь Даугавпилс

Джон Рид Шрихтер в Даугавпилсе. Мы снимали его со спины из соображений безопасности. Фото: Элеонора Рузвельт
Джон Рид Шрихтер в Даугавпилсе. Мы снимали его со спины из соображений безопасности. Фото: Элеонора Рузвельт

Джон Рид Шрихтер, 67-летний американец, помогает украинцам — на собственные деньги покупает дроны и другую технику, организует сбор средств в Америке и сам доставляет в Украину необходимую помощь.

Он рассказывает, что когда Россия напала на Украину в 2022 году, почувствовал, что должен поехать в Киев и помогать. «Это не имеет логического объяснения, это был просто такой эмоциональный ответ», — объясняет он.

Читай нас в Telegram

Месяц назад, накануне Рождества, американский гражданин был в Даугавпилсе — встречался с местным волонтёром Юрием Карпенко, основателем фонда World Community With Ukraine, вместе они организуют поездки с гуманитарной помощью для Украины. 

Поставки предназначены для беженцев, выбравшихся с временно оккупированных территорий, а также для отрядов территориальной обороны Никополя. Доставленное им в декабре оборудование уже ушло также в Киев, Николаев, Бахмут и Днепр.

Джон Рид поговорил с «Чайкой» о том, чем именно и почему он помогает украинцам в этой несправедливой войне. (Он попросил нас не снимать его лицо из соображений безопасности: он сотрудничает с украинскими военными и разведчиками). 

Неравнодушный гражданин Америки

Джон давно овдовел, дети выросли. Он родился в городе Цинциннати в штате Огайо, где традиционно оседало много выходцев из Германии, как и в случае с отцом Шрихтера. Мама Джона была из Шотландии. 

Про него говорят: «Он бывший военный», хотя в армии Шрихтер был очень давно: вскоре после окончания войны во Вьетнаме он отслужил два года в американских ВВС, где показал себя талантливым механиком. 

Шрихтер много лет прожил во Вьетнаме, «это мой второй дом», говорит он. С  ранних лет Джон Рид интересовался геополитикой. «Я — политическое животное. Меня всегда интересовали человеческие конфликты — как человек доходит до этого состояния. Если мы рассматриваем людей, то мы либо сотрудничаем, либо конкурируем. Конфликт — особая форма конкуренции, когда она выходит из-под контроля». 

Джон вспоминает, что когда он учился в школе, американцы были напрямую запуганы ядерным конфликтом. «Нас учили, как спрятаться от ядерного взрыва. С этой угрозой мы выросли. Думаю, это очень сильно на нас повлияло». 

«Ещё до войны во Вьетнаме, у Америки было состояние холодной войны с Советским Союзом. Это очень интересно, — рассуждает Джон. — Мы ведь не традиционные враги. Мы сотрудничали во время Второй мировой войны, купили Аляску у России. Америка и Россия находятся на разных сторонах земного шара, поэтому у нас никогда не было прямого столкновения. И когда Восток и Запад пришли к прямому конфликту, все сконцентрировались на нём». 

Ещё Шрихтер всегда интересовался Советским Союзом, «антисоветчиками», Восточной Европой, оккупацией советских республик, в девяностых годах активно состоял в гражданских движениях. Интересовался историей и культурой. «Достоевский и Рахманинов до сих пор со мной», — улыбается Джон Рид. 

В конце девяностых Джон встретил в Колорадо группу активистов из Восточной Европы, на одной из них — прекрасной еврейской девушке, женился. Это ещё больше определило его международные интересы и обострило чувство справедливости. 

Ресурсы и поддержка

Джон рассказывает, что после начала войны, он стал связываться с украинской стороной, узнавать, какая помощь требуется, и даже рассматривал вариант пойти служить по контракту военным механиком. В итоге понял, что украинцы могут чинить танки и самолёты и без его помощи, и стал поставщиком ресурсов. 

«Я пытаюсь улучшить мою способность доставлять необходимые ресурсы в Украину и распределять их. Например, электричество — важная вещь сегодня. Хорошая новость в том, что в наши дни производство и распределение электричества стало более разнообразным. У нас есть генераторы, есть солнечные панели, батареи. Но нужны запчасти, конвертеры, нужны такие вещи, как Starlink, нужно их обслуживать —  электрическая инфраструктура децентрализована. Нужно много поставок, в основном товаров из Азии: полётных контроллеров, сервомоторов», — рассказывает Джон. 

За свой счёт он заказывает всё это в основном в странах Европы, иногда в Америке. «Я трачу свои собственные деньги. И очень благодарен, что могу находиться в этой позиции. Я поддерживаю маленькую независимую попытку». 

Эта поддержка нужна Украине

Джон рассказывает, что в Огайо владеет небольшой IT-компанией, а свои потребности называет скромными. «Остаётся довольно много денег, которые я могу использовать, покупая дроны, конвертеры и батареи для Украины». 

Чтобы оказывать более значительную помощь, мужчина пытается вовлекать своих друзей , которые могли бы помогать финансово. Некоторые друзья Джона называют его сумасшедшим. «Они живут в своём мире. Некоторые из них республиканцы — они вообще видят это всё в неправильном свете», — считает Джон.

По мнению Джона, в Америке очень просто забыть об остальном мире — от неё он очень далеко. «Многие американцы вообще никогда не были за пределами США, и от этого у них странные представления об устройстве».

Он уверен, что украинцы хотят видеть людей на своей стороне, видеть международную поддержку. Поэтому покупает технику, достаёт деньги на дроны, сотрудничает с военными ведомствами Украины, теробороной, разведкой. Ездит по разным странам, закупая оборудование. Периодически живёт в съёмной квартире в Киеве.

«Полное вовлечение Америки в войну означало бы ядерный конфликт»

Помогая Украине в войне с Россией, развязавшей этот военный конфликт, Америка, по мнению Джона, преследует только одну цель: «Остановить Россию в этой войне. Но мы не хотим эскалации конфликта до мирового уровня».

«Путин уже интернационализирует войну, вовлекая в неё Беларусь, другую страну. Но ясно, что риски вовлечь напрямую страны НАТО — Польшу, Латвию, Литву, Эстонию — стоили бы очень дорого. Это эскалация конфликта в рамках ядерной угрозы», — говорит Джон. 

По его мнению, Америка старается быть рациональной в этой ситуации: «Россияне уже давно угрожают ядерным оружием, они постоянно повторяют эту угрозу, как мы говорим — размахивают ядерным мечом. Ещё они угрожают химическим и биологическим оружием. Русский сумасшедший человек — Путин, мы не знаем, что он будет делать дальше. Так что, Америка пытается остановить этого сумасшедшего, но не провоцировать его на что-то действительно безумное». 

На вопрос о том, поможет ли Америка Латвии, если Россия решит на неё напасть, Джон без сомнения отвечает, что ответ со стороны НАТО будет незамедлительным и в полную мощь. При этом он отмечает, что американское общество очень разрозненно. 

«Разные политические партии и настроения, часть людей — вообще безразлична. Люди пытаются удаляться от конфликтов, я часто слышу: «Нам всё равно на то, что творится в Европе!». Республиканцы делают мемы про Зеленского, а самое экстремальное крыло Трампа вообще пророссийское, оно негласно поддерживает Россию, а Россия — их», — говорит Джон Рид Шрихтер. 

Трудный вопрос

Джон объясняет, что любой, кто изучает военное искусство, скажет, что нет способа однозначно определить, когда и чем закончится война. «Это трудный вопрос. Ситуация развивается на многих уровнях, и на большинстве из них она непредсказуема». 

Но американец Джон очень надеется, что украинцы смогут продолжить продвигаться вперёд с военными успехами, получая всё больше помощи в виде американских и европейских технологий, в том числе и от таких стран, как Германия, «и смогут всё вернуть на свои законные места».

В начале февраля Джон Рид опять поехал в Никополь — доставлять Вооружённым силам Украины два дрона и легковой автомобиль, который передали из Даугавпилса. 

Если нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Нас можно найти также:
Facebook
YouTube
Instagram
Telegram

Подписаться
Уведомление о
guest
0 Комментарий
Inline Feedbacks
View all comments