В начале этого года у Ксении умерла бабушка. Но она так и не смогла проститься с родным человеком, ведь на оккупированную территорию Луганской области девушка поехать не может. 

«Ужас этой войны не только в том, что погибают люди и разрушаются города и сёла. Ужас и в том, что россияне многих лишили собственного дома и возможности видеться с близкими и родными», — говорит Ксения. 

Читай нас в Telegram

Имя девушки мы изменили в целях безопасности её родных, которые остаются жить на временно оккупированной территории Луганской области. Она — уроженка украинского города Старобельск. С мая 2022 года живёт в Риге — из-за оккупации Луганщины ей пришлось покинуть родной дом. 

В октябре этого года украинка решилась навестить родного брата Алексея в Харькове и провела там три недели. 

До этого Ксению пугали регулярные ракетные обстрелы и последующие за ними «блэкауты». Поэтому визит к родственнику постоянно откладывался.

Ей показалось, что в последнее время ситуация на Родине стала спокойнее — Украина усилила противовоздушную оборону, а количество ракетных ударов по объектам гражданской и критической инфраструктуры уменьшилось. Однако по дороге к Харькову Ксения поняла, что просчиталась. 

«Лишь бы не попали в наш автобус»

Практически всю дорогу пассажиров автобуса сопровождал вой сирены воздушной тревоги. Особенно это чувствовалось в Луцке, Житомире и Киеве. Тогда украинка осознала, что во время отпуска ей всегда придётся быть настороже.   

«Вой сирены сковывает движения. Особенно в автобусе. Водителю останавливаться нельзя. Он должен ехать вперёд. Это значило, что мы не сможем переждать тревогу в укрытии. Всё время в дороге я думала об одном: лишь бы ракета или “шахед” не попали в наш автобус», – делится впечатлениями Ксения.

Обстрелы и тревога 

Звучала тревога и практически всё время, что она провела в Харькове. Пронзительный вой сирены раздавался в любое время суток — утром, днём, вечером и особенно часто — ночью. Не было и дня, чтобы сирена не звучала хотя бы полчаса. 

Украинка думала, что сможет свыкнуться с воем сирены, но позже поняла, что к такому не привыкают. 

«Харьковчане просто смирились, а тревога стала частью повседневной жизни», – говорит девушка. 

Однажды во время воздушной тревоги Ксения услышала грохот — что-то взорвалось совсем близко от квартиры её брата. Но что это было — неясно, местные власти не сообщали об ударе в том районе. Возможно, это была работа ПВО. «Но от незнания не становилось легче», — говорит Ксения. 

5 октября случилось страшное. Ракетный удар по селу Гроза, расположенного всего в 85 км от Харькова, убил 59 мирных жителей. Все они на момент атаки были в кафе и поминали погибшего односельчанина — военнослужащего ВСУ. 

На следующий день, 6 октября, оккупанты снова ударили по Харьковщине. Ракета попала в жилой дом в центре Харькова. Тогда погиб 10-летний мальчик и его бабушка, ранены были 30 человек, включая 11-месячного ребёнка, брата погибшего мальчика. 

Ещё через пару дней Ксения с братом снова слышали взрывы неподалёку от дома. Но всё так же, без какой-либо сопутствующей информации о «прилёте».

«Звучит тревога, потом слышны взрывы… От этого становится страшно. Особенно меня напугал прилёт в Грозе и Харькове. Жизни людей просто оборвались за долю секунды… На их месте могли быть и мы… Меня только и посещали подобные мысли, что мой поход в магазин или прогулка на улице может оказаться последней. Мне казалось, что люди к этому относились более спокойно, чем я. Когда прилетает в жилой дом или кафе, ты понимаешь, что прятаться бессмысленно, ведь ракета может достать тебя где угодно», – описывает свои впечатления Ксения.

Военная атмосфера 

За исключением воздушной тревоги, Ксения не замечала изменений в Харькове. На первый взгляд всё было так же, как и до войны — люди суетятся и занимаются своими делами. Но это лишь на первый взгляд… 

Девушка обратила внимание, что на улицах много военных, а вот гражданских наоборот — поубавилось. Кто-то выехал в первые месяцы войны, кто-то вступил в ряды ВСУ. 

Не дают забыть, что война продолжается, и последствия обстрелов — на улицах Харькова немало разрушенных домов и зданий. Ярчайший пример — Харьковская государственная администрация, что расположена в центре города на площади Свободы. 

Российская армия ударила по этому зданию несколькими ракетами ещё в начале вторжения. В результате оно разрушено и теперь признано не подлежащим восстановлению. 

Напротив администрации есть одна инсталляция — на площади установлен хвост российской ракеты, воткнутый в землю. Она напоминает жителям и приезжим об этих ужасных атаках.

Харьковские памятники также напоминают о военном времени. Все главные достопримечательности города защищены мешками с песком, чтобы уберечь их от обстрелов. К примеру, так поступили с памятником украинскому поэту, писателю и художнику Тарасу Шевченко. 

Но до слёз Ксению поразил памятник детям, погибшим в результате российской агрессии. Его открыли совсем недавно, летом этого года. Местные жители начали приносить к монументу памяти детские игрушки.

«Тяжёло сдерживать эмоции… Хочется плакать… Особенно осознавая, что в результате очередного обстрела в Харькове снова умерли и пострадали невинные дети», – говорит девушка. 

По информации ООН на конец августа 2023 года, в Украине уже погибли 545 детей, 1 156 детей ранены. На Харьковщине, по данным на июнь 2023 года, по меньшей мере погибли 77 детей

Посетила Салтовку 

Сильное впечатление на Ксению произвело и посещение жилого района на северо-востоке Харькова — Северной Салтовки. 

До начала большой войны Салтовка считалась одним из самых густонаселённых районов города, но в 2022 году район сильно пострадал от российских бомбардировок. Именно отсюда российские диверсионно-разведывательные группы пытались ворваться в Харьков, но были отброшены украинскими военными. 

Около 70% многоэтажек здесь повреждены или уничтожены. Местные власти начали восстанавливать Салтовку. Однако здесь остаются сотни домов с артиллеристскими «ранениями».

Ксения рассказывает, что прямо во дворах возвышаются бетонные горы мусора из обломков зданий. На фасадах видны чёрные следы от гари. В каких-то высотках всё ещё нет окон. На их месте — листы фанеры, картона и плёнки. 

Одна из многоэтажек вообще просвечивалась насквозь. Где-то нет квартир и подъездов — они просто обвалились из-за силы ударов.

«На районе нет ни одного военного объекта, только жилые дома. Как видим, россиян это не остановило. Несмотря на колоссальные разрушения на Салтовке всё равно продолжают жить люди», – говорит Ксения. 

Нет пути домой 

Однажды во время прогулки наша собеседница увидела дорожный знак, указывающий направление в сторону населённых пунктов Харьковской области — Чугуев, Шевченково, Купянск и Сватово Луганской области. Именно эта дорога ведёт в её родной Старобельск.

Ксению тут же одолела тоска. Из-за оккупации и боевых действий она не может поехать домой к родителям, а её мама и папа не хотят покидать родной дом. Да и в их возрасте пережить такой путь совсем непросто. 

От Харькова до её родного Старобельска всего 240 км. «Четыре часа езды, и я могла бы быть дома… Но я не могу этого сделать. Там война и оккупация. И там мои родители. Безумно скучаю по ним и верю, что однажды мы встретимся, когда наши воины вернут нам всю Луганщину», – говорит Ксения. 

Если нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Нас можно найти также:
Facebook
YouTube
Instagram
Telegram

Подписаться
Уведомление о
guest
1 Комментарий
Oldest
Newest Most Voted
Inline Feedbacks
View all comments
Aivars
Aivars
2 месяцев назад

Lai piedod Dievs, ja kļūdos, bet man aizdomas, ka Ksenijas vecāki ir putinisti.