Татьяна Евдокимова (пишет под псевдонимом из соображений безопасности), журналистка-беженка из Беларуси, живущая в Латвии уже почти 5 лет (иллюстративное фото: pexels. com)
Недавние новости из Беларуси, особенно если учесть, что я их читаю не только как обычная жительница Латвии, но и как беженка и журналист, приводят меня то в недоумение, то в ярость. Имею в виду совместные ядерные учения Беларуси и России и очередную попытку политического шантажа стран-соседей.
И это на фоне якобы потепления отношений режима Лукашенко с США при посредничестве проповедника Грэма и проведения протестантского «Фестиваля надежды» в Минске. И неформального письма от США о снятии санкций с белорусского калия в адрес Польши, Литвы и Украины. И беспилотников, залетающих на территорию Латгалии. Голова кругом.
В такие моменты я вспоминаю своего проблемного пьющего соседа из дома, где я прожила много лет в Беларуси, в моём родном городе.
Дверь его квартиры фактически упиралась в мою, и глубокой ночью, возвращаясь с очередной попойки, он частенько их путал и ломился ко мне, думая, что это его дом, и искренне удивляясь, почему это ему не открывают.
Иногда он орал, иногда угрожал, иногда просто падал под дверью и засыпал.
И, включая в голове эту аналогию, я начинаю искренне сочувствовать Латвии, Литве и Польше как странам, которые граничат с Беларусью и Россией.
Потому что когда у тебя хотя бы один неадекватный сосед рядом — страдает весь дом.
Ядерные учения и дроны над головой
Беларусь сегодня всё больше напоминает территорию, где давно уже не различить, где заканчиваются интересы Лукашенко и начинаются интересы Кремля. Совместные ядерные учения с Россией — это ведь не про безопасность. Это про запугивание. Про демонстрацию силы, которой на самом деле нет. Про постоянную попытку держать в напряжении соседние страны и собственное население.
Очень точно об этом недавно высказался советник главы Офиса президента Украины Михаил Подоляк. Он сказал, что Беларусь всё глубже втягивается в российскую военную инфраструктуру и становится пространством для постоянной угрозы соседям.
И это, к сожалению, звучит уже не как политическая риторика, а как констатация факта.
Когда читаешь новости о том, что Россия и Беларусь создают условия для более активного применения беспилотников с белорусской территории, становится по-настоящему страшно. Потому что речь идёт уже не только о гипотетической опасности.
Дроны и так уже залетают в Латгалию вследствие войны России против Украины. И каждый такой инцидент — это нервный тик для всех нас, мирных жителей Латвии.
Я иногда думаю: понимают ли обычные белорусы, во что превратили их страну? Понимают ли, что Беларусь сегодня воспринимается не как спокойный сосед, а как источник непредсказуемости? Как квартира того самого соседа-алкоголика, откуда среди ночи может прилететь что угодно — крики, драка или пожар.
И самое болезненное — многие белорусы этого не хотели. Но их давно уже никто не спрашивает.
Калий, Грэм и странное «потепление»
На этом фоне новости о возможном снятии санкций с белорусского калия выглядят для меня особенно странно. Да, я понимаю циничные аргументы бизнеса. Понимаю разговоры о мировом рынке удобрений и логистике. Но я также понимаю, что любые большие деньги в сегодняшней Беларуси неизбежно работают на укрепление режима.
Особенно тревожно всё это выглядит в сочетании с активностью американского проповедника Франклина Грэма, который фактически стал своеобразной «торпедой» для налаживания контактов Лукашенко с администрацией Трампа.
Под видом религиозной дипломатии в Минске проводится «Фестиваль надежды», звучат слова о мире, о христианских ценностях, о диалоге.
Но можно ли всерьёз говорить о христианских ценностях в стране, где люди сидят за комментарии в соцсетях? Где журналистов, активистов и правозащитников бросают в тюрьмы? Где политзаключенных используют как предмет торга?
Меня поражает, как легко некоторые американские политики снова начинают смотреть на Лукашенко как на «удобного партнёра». История словно ничему не учит. Лукашенко десятилетиями играет одну и ту же роль: шантажирует, создает кризис, а потом предлагает себя как единственного человека, способного этот кризис «урегулировать».
И каждый раз находятся те, кто на это «ведутся».
Ракеты по Киеву и белорусские детали
Наверное, окончательно меня добила новость о белорусских электронных компонентах, найденных в российской военной технике после ударов по Киеву. Когда украинская сторона демонстрирует детали из «Орешника», произведенные в Беларуси, больше невозможно делать вид, что официальный Минск «не участвует в войне».
Да, белорусская армия не пересекла украинскую границу. Но инфраструктура, производство, территория, логистика — всё это уже давно встроено в российскую военную машину.
И от этого особенно тяжело тем белорусам, которые с первых дней войны выходили на протесты, жгли релейные шкафы, передавали информацию украинцам, рисковали свободой и жизнью только ради того, чтобы их страна не стала соучастницей этой катастрофы.
Иногда мне кажется, что Беларусь сегодня — это страна с раздвоением личности. С одной стороны — режим, который всё глубже погружается в милитаризм и зависимость от Кремля. С другой — огромное количество людей, которые хотят совсем другого будущего. Мирного. Европейского. Нормального.
И между этими двумя реальностями — пропасть.
Свет(а) в конце тоннеля
Но даже на фоне всего этого политического ада и ощущения бесконечной безнадеги свет всё-таки иногда появляется.
Для меня таким светом стал недавний визит лидерки белорусских демократических сил Светланы Тихановской в Киев. Её встреча с Владимиром Зеленским и разговоры о будущем демократическом транзите власти в Беларуси — это напоминание о том, что белорусский вопрос не исчез. Что существует другая Беларусь. Не та, которая угрожает соседям ядерными учениями, а та, которая хочет быть частью свободной Европы.
А ещё — как ни странно — меня очень поддерживал чемпионат мира по хоккею и выступления сборной Латвии. Я ловила себя на мысли, что впервые за долгое время болею за команду не из чувства ностальгии или привычки, а потому что это — действительно уже мои. Моя страна. Мои люди. Мои эмоции.
И, наверное, в этом тоже есть надежда.
Даже если твой старый дом превратился в источник тревоги, однажды у тебя всё равно появляется новый. Тихий. Нормальный. Где по ночам никто не ломится в дверь.
